13.12.2024

«Двух одинаковых полетов не бывает»

Валерий Чередниченко. Ветеран АЛРОСА рассказывает, каково это – быть вертолетчиком.

«Хочешь потрогать облако?» – спросил пилот вертолета сидящего рядом восемнадцатилетнего парнишку. Пилота зовут Александр Евтушевский, он – инструктор Сумского учебного авиационного центра. А курсанта – Валера Чередниченко. «Высунь руку в форточку», – сказал инструктор. Курсант просунул руку в маленькую форточку. И тут вертолет Ми-1 влетел в облако, и Валера почувствовал ладонью влагу. Сердце парня затрепетало.

В старших классах Валерий Чередниченко мечтал стать военным моряком, но не сложилось. Тогда он поступил в Сумской учебный авиационный центр, но в качестве своей будущей профессии вертолетчика поначалу не рассматривал. Позже его взгляды изменились. В немалой степени благодаря инструктору Евтушевскому или, как сказал Чередниченко, Сан Санычу.

Сейчас пилот Валерий Чередниченко на заслуженном отдыхе. О 19 000 проведенных в небе часах ему каждый день напоминает висящая на видном месте рамочка, в которую вставлена вырезка из газеты. На той вырезке фотография пилота крупным планом и подпись: «Валерий Чередниченко, воздушный спасатель, командир экипажа вертолета Ми-8 АК «АЛРОСА». По маршруту его винтокрылой машины можно отследить самые опасные участки нынешнего паводка: Ленск – Олекминск – Хандыга – Якутск.

Пилот Валерий Чередниченко вместе со своим экипажем участвовал в разведывании почти всех алмазных и нефтяных месторождений Западной Якутии. Занимался взрывными работами по разрушению ледяных заторов на реке Лене. Спасал в городе Ленске людей во время наводнений в 1998 и 2001 годах. А в горах Иркутской области он спас человека, который в случае промедления мог лишиться руки.

Младший лейтенант

В Сумской учебный авиационный центр наш герой поступил в 1974 году. Поначалу занятия проходили три раза в неделю, на них курсанты проходили теорию. В то время Чередниченко работал слесарем-монтажником и на занятия ходил после работы. Спустя полгода теоретического обучения, курсантам выдали форму и забрали на сборы, где они дали военную присягу. Первый самостоятельный полет запомнился Валерию Чередниченко на всю жизнь.

«Эмоции были такие, что, когда я приземлился и вышел из вертолета, даже забыл маршрут, по которому курсанты должны двигаться на летном поле, – вспоминает Валерий Владимирович. – Я просто бежал к людям. Такая радость была от того, что я только что сам летал!»

В рамках подготовки каждый курсант должен был совершить по два прыжка с парашютом. Без них к полетам на вертолете не допускали. Впрочем, отказаться в любом случае было нельзя – после присяги обучение приравнивалось к военной службе. «Перед первым прыжком особого страха почти ни у кого не было, потому что мы еще не знали, что ощущает человек в момент приземления. На тех парашютах, с которыми мы прыгали, скорость при приземлении, насколько я помню, от 4 до 7 метров в секунду. Естественно, приземление проходило болезненно. Были даже такие случаи, что курсанты ломали ноги. Понятно, что во время самого прыжка ощущения хорошие: свежий воздух, красота, кругом всё видишь. Но потом ощущения от приземления, когда ты буквально бьешься об землю, затмевают всё то, что ты видел, пока был в воздухе. И перед вторым прыжком уже начинаешь думать, как приземлишься на этот раз. Особенно, когда знаешь, что у некоторых однокурсников приземление закончилось переломом», – рассказывает Валерий Владимирович.

Сумской учебный авиационный центр Валерий Чередниченко окончил в звании сержанта запаса. В этом авиацентре он освоил вертолет Ми-1. Спустя недолгое время, наш герой отправился на курсы переподготовки вертолетчиков запаса в Богодуховский учебный авиационный центр. «Здесь мы уже летали на вертолетах Ми-4. Это обучение тоже приравнивалось к военной службе, по окончании нам присвоили звание младшего лейтенанта», – говорит Валерий Владимирович.

К тому времени чаша весов уже окончательно склонилась в сторону профессии вертолетчика, поэтому дальше Валерий Чередниченко отправился в единственное на тот момент училище, которое выпускало вертолетчиков – Кременчугское летное училище гражданской авиации.

Выбрал Якутию

Пришло время распределения. В училище вывесили список, где было указано, в каком количестве пилотов нуждается тот или иной уголок Советского Союза. Первыми выбирали отличники. Валерий Чередниченко, как он сам сказал, был среди середнячков, так что выбор у него хоть и не такой большой, но всё же был. Выбрал Якутию. «По разговорам я понял, что самый большой объем работ для вертолетчиков был в Тюмени и Якутии, вот я сюда и отправился», – говорит Валерий Владимирович.

В город Мирный наш герой приехал в 1978 году. Вышел из самолета, увидел отвалы, низенькие деревья и не впечатлился. Чередниченко приняли на службу в Мирнинское авиапредприятие, под крылом которого на тот момент были пилоты Мирного, Ленска, Айхала, Полярного, а чуть позже еще и Оленька, Саскылаха, Анабара. «Командиром эскадрильи тогда был Виктор Михайлович Козлов – один из первых пилотов, осваивавших Якутию на вертолетах, – вспоминает Валерий Владимирович. – Он мне сказал: «Будешь работать в Ленске». Я проработал в МАП почти 35 лет и всё это время жил в Ленске. Но работал и в Мирном, и в Айхале, и в Полярном – везде, куда отправляло руководство».

Город Ленск Валерия Чередниченко впечатлил сразу: и деревья высотой под 30 метров, и прекрасная река Лена. Уже через три года он стал командиром воздушного судна, но начал свой профессиональный путь, как и все – вторым пилотом. Валерий Владимирович говорит: «Первый, с кем я начал работать – Николай Афанасьевич Евсеев. В этом году его не стало на 93-м году жизни. Он был не просто моим коллегой, но и наставником, многому меня научил.

Теория не всегда соответствует практике, а учебные полеты тем, что ты выполняешь на производственном предприятии. В учебных центрах романтика. А когда приходишь на производственное предприятие, от романтики не остается практически ничего. Начинается тяжелый труд.

Двух одинаковых полетов не бывает – к каждому нужно готовиться как к первому. В то время у нас была подготовка к весенне-летней и осенне-зимней навигации. Так как в каждый из этих периодов условия полета разные, то и экзамены по ним были отдельные. Если правильно подойти к профессии, то учиться вообще можно и нужно каждый день. И не только у старших коллег. Бывает, молодой пацаненок что-то такое сделает, что тебе до этого было неизвестно. Начинаешь интересоваться, вникать, анализировать, и узнаешь что-то полезное для себя».

Командир отвечает за всё

Валерию Чередниченко довелось поучаствовать в разведывании многих мес-торождений Западной Якутии. «Помню Амакинскую экспедицию, геологи занимались разведкой в районе Мирного, искали алмазы, – рассказывает Валерий Владимирович. – В районе Ленска поисками занималась Среднеленская нефтегазоразведочная экспедиция, в районе Витима – Витимская нефтегазоразведочная экспедиция. Еще мы работали на другой стороне Лены. В 70 километрах от Ленска начинаются горы Иркутской области. Там работали другие экспедиции, у которых были свои задачи. Они заключали с компанией договоры, и мы их возили».

Кроме того, вертолетчики МАП выполняли аварийно-спасательные работы, дежурили по санавиации, трудились на лесных пожарах. «По лесным пожарам для меня самым сложным выдался 1985 год. Тогда очень сильно горело в районе Мирного и Ленска», – вспоминает Валерий Владимирович.

Если самолет совершает посадку там, где есть подходящая для него взлетно-посадочная полоса, то вертолет должен садиться там, где покажут. Валерий Владимирович говорит: «Бывает, прилетаешь, а там, оказывается, садиться-то и некуда. И ты начинаешь искать подходящую площадку. Это называется подбор посадочной площадки с воздуха. Для этого нужно знать руководство по летной эксплуатации, в котором описано, на какую площадку может приземлиться вертолет определенного размера в зависимости от его текущей летной массы.

То есть перед каждой посадкой нужно с воздуха определять размеры посадочной площадки и анализировать, сколько весит вертолет вместе с экипажем и грузом за минусом израсходованного керосина.

Также перед посадкой нужно определять, в каком направлении дует ветер. А как это сделать в тайге? В какую сторону гнутся деревья, с высоты не видно. Особенно, если ветер несильный. Хорошо, если где-то на земле разведен костер. Тогда можно определить по дыму. Или, если есть озеро, то можно попытаться определить по ряби на воде. Анализом данных при посадке занимается весь экипаж. У второго пилота и бортмеханика есть свои обязанности, а командир экипажа отвечает за всё. Есть такой вид работ как гравиметрическая съемка, во время которой мой экипаж выполнял в день до 40 посадок на неподготовленные площадки».

Безаварийный налет часов

В МАП Валерий Чередниченко летал на вертолетах Ми-8 и Ми-171. «Вертолет Ми-171 – это модификация вертолета Ми-8. Внешне они очень похожи, а вот ведут они себя немного по-разному», – рассказывает Валерий Владимирович. Оба этих вертолета считаются надежными, но даже им не под силу противостоять суровым якутским зимам. «Нижний предел температуры – минус 50 градусов. Во-первых, есть температура замерзания топлива – и это один из важнейших моментов. Кроме того, при определенных температурах металл меняет свои свойства, становится более хрупким. Так что есть температуры, при которых ни в коем случае нельзя совершать полеты, потому что это может закончиться плачевно», – говорит пилот.

Среди множества наград Валерия Чередниченко есть нагрудный знак отличия «За безаварийный налет часов» 1-й степени (это высшая степень). Пилотам вертолетов всех типов такой нагрудный знак вручается при безаварийном налете 7000 часов. Но есть оговорка: аварий не должно быть именно по вине пилота.

В целом же за без малого 35 лет службы вертолетчиком в практике Валерия Чередниченко случалось разное. Так, например, совершать посадку при одном отказавшем двигателе Валерию Владимировичу и его экипажу приходилось четыре раза.

«Командиры проходят специальную подготовку по посадке вертолета в тайге при одном отказавшем двигателе, – рассказывает Валерий Владимирович. – Был в Якутии такой пилот – Евгений Альков, который разработал систему посадки практически при отказе двух двигателей. Мы проходили такую подготовку, а потом ее по определенным причинам отменили».

За спасение погибавших

2001 год. Ленский район. 13 мая двигавшийся с большой скоростью по реке Лене лед наткнулся на остров Батамай, что в 50 километрах от города Ленска. Образовался гигантский ледяной затор. В ночь с 14 на 15 мая в город начала прибывать вода. Ее уровень стремительно нарастал и вскоре преодолел критическую отметку. После взрывных работ на ледяном заторе уровень воды ненадолго спал. Это было 16 мая, а уже 17 мая пришла вторая волна наводнения, и к полудню было затоплено 90% города. 18 мая город был затоплен полностью, последним местом эвакуации стал аэропорт.

«Мой экипаж занимался, в основном, взрывными работами на ледяных заторах, мы возили специалистов и взрывчатку. А возвращаясь с места работы, по пути эвакуировали людей. Бежать им было некуда – повсюду была вода, поэтому люди находились на крышах домов, откуда мы их и забирали. Где не было возможности подсесть, там мы забирали их с помощью кресла на лебедке.

Но, главным образом, мой экипаж всё же занимался взрывными работами. Потом еще несколько лет МЧС Якутии брало наш экипаж в аренду, чтобы вместе сопровождать ледоходы. Иногда и взрывные работы проводить приходилось», – рассказывает Валерий Владимирович.

За мужество и самоотверженность, проявленные при спасении людей и государственного имущества в период наводнения в городе Ленске в 1998 и 2001 годах, указами президента РФ Валерий Чередниченко награжден орденом Мужества и медалью «За спасение погибавших».

Были и другие случаи, когда Валерий Владимирович и его экипаж спасали людей. Один из таких случаев произошел в горах Иркутской области, где вертолетчики МАП часто работали в 1980-х годах. «Там и сейчас есть артели старателей, которые золото добывают. Для одной из таких артелей мы однажды выполняли санитарно-авиационное задание. Там человеку оторвало полруки. Рядом с ним находились люди с медицинскими навыками, которые знали, что надо делать, поэтому руку еще можно было спасти.

Пока мы ждали, что человека привезут к вертолету, на горы налетели ветер и снег. Видимости вообще почти не было. При таких условиях взлетать нельзя, это ведь не чистое поле – свернул куда-то, а там гора. Но в этом случае мы не могли ждать, когда прекратится снег, потому что именно время и решало – удастся врачам спасти руку или нет. Благодаря второму пилоту, мы потихоньку спустились к речке, а потом по речке вышли на открытое пространство. В Ленске пострадавшего ждал самолет. Потом нам рассказали, что его доставили вовремя, врачи ему пришили руку», – говорит Валерий Владимирович.

Север затягивает

«Для тех, кто приехал на работу по распределению, было правило: ты должен отработать на этом месте минимум три года, – рассказывает Валерий Владимирович. – Я, как и многие мои однокурсники, ехал в Якутию с мыслью, что через три года уеду в место получше. Но Север затягивает».

Когда Чередниченко только приехал в Якутию, его вместе с семьей поселили в пилотскую гостиницу, которой оказался деревянный барак с водой в бочках, одной на всех жильцов плитой и туалетом на улице. «Через два года Среднеленская экспедиция предоставила мне квартиру», – говорит Валерий Владимирович.

Сейчас наш герой живет в Орле. Уезжать из Якутии было непросто – все-таки 35 лет здесь прожил. Валерий Владимирович видел с воздуха немалую часть нашей республики. Особенно ему запомнилась осень в тайге.

Там, где деревья большие и разные, осень сверху выглядит очень красиво, – делится вертолетчик. – У разных деревьев листья желтеют в разное время. И это такая красота, что словами не передать. Словно картина, которую нарисовал хороший художник.

За проведенные в Якутии годы у Валерия Владимировича появилось много друзей здесь. Расстояние эту связь не разрушило. «Созваниваемся, общаемся, интересуемся жизнью друг друга, с праздниками поздравляем. А вот по вертолету я не скучаю. Некоторые из бывших коллег говорят, что им снится, как они летают. Мне не снится. Наверное, за период своей работы я столько адреналина нахватался, что мне теперь достаточно воспоминаний», – говорит Чередниченко. Валерий Владимирович дважды в год ездит на машине в Крым. Ездить туда он начал еще в 1980-х годах, других мест отдыха не признает. Скоростные трассы его не пугают: работа вертолетчиком приучила его глаза сканировать пространство, а руки и ноги – быстро реагировать. «Сидеть в квартире – нехорошо для здоровья, – говорит Чередниченко. – Поэтому летом я занимаюсь дачей».

Валерий Владимирович, Вы отмечаете День вертолетчика?

Обязательно, это святое.

Хотите что-нибудь пожелать коллегам? Что у вертолетчиков принято желать друг другу?

– Чтобы количество взлетов всегда совпадало с количеством посадок. Еще хочу пожелать долгих лётных годов. Чтобы здоровье не подводило. И чистого неба. 

Дарья Лапшина